Оскольский край

Староосколец Владимир Коршиков отправлял ракеты в космос

12 апреля , 14:15ИсторияФото: Личный архив Владимира Коршикова

Более 30 лет он служил на Байконуре.

Сегодня – Всемирный день авиации и космонавтики. В канун этой знаменательной даты мы встретились с человеком, отмеченным орденом Почёта и Александра Невского, медалью «За боевые заслуги» и многими другими отечественными и зарубежными наградами. Владимир Петрович Коршиков – заслуженный энергетик РФ, Казахстана и СНГ, почётный энергетик Российской Федерации и Республики Казахстан, заслуженный испытатель ракетно-космической техники.

Фото: Личный архив Владимира Коршикова

Более 30 лет полковник запаса Владимир Коршиков служил на Байконуре. После окончания старооскольской школы №5 он учился в Харьковском высшем военном командном инженерном училище имени маршала Советского Союза Крылова, которое окончил в 1978 году.

«Есть начальник космодрома, генерал-лейтенант, – начал рассказ о службе на Байконуре Владимир Коршиков. – Один из первых его заместителей – главный инженер. За всю историю существования космодрома – 67 лет – их было 13. Я стал двенадцатым. После меня был мой заместитель Валерий Яшный, а позже космодром получил статус гражданского объекта.

Владимир Петрович прошёл путь от лейтенанта до полковника. А ещё от рядового инженера – до главного.

«Когда попал на Байконур, меня поразили его масштабы, а ещё – «степь да степь кругом», – поделился он. – Сегодня площадь космодрома составляет 6717 кв.км – примерно две с половиной Москвы. На Байконуре размещены 12 пусковых установок, 11 монтажных корпусов, 39 технических комплексов, две заправочные станции, измерительный комплекс, кислородно-азотный завод, более 600 трансформаторных подстанций, два аэродрома. Всё это соединяет тысяча километров автомобильных дорог. Уже в 70-е годы там было население 150 тысяч человек. У меня в подчинении – примерно 50 тысяч. За что отвечает главный инженер? Есть, например, ракеты «Протон», «Циклон» или «Зенит». Их изготовили на предприятиях ракетно-космического комплекса, погрузили в вагоны, самолёты и отправили на космодром. Дальше начинается работа главного инженера. Встречаем, выгружаем, собираем, испытываем на техническом комплексе. Затем доставляем на стартовый комплекс. После всех проверок и автономно-комплексных испытаний – пуск ракеты, вывод её на орбиту. На этом работа главного инженера заканчивается. Дальше процессом руководит Центр управления полётом – в зависимости от военного или гражданского назначения ракеты».

Владимир Коршиков отметил, что наши ракеты – надёжная техника. Если и бывали сбои и неполадки, то в основном из-за человеческого фактора. Перед стартом могли неправильно поставить датчики, и ракета вместо того, чтобы пойти вверх, шла в сторону. Бывало, что на заводе на ракету по недосмотру ставили старые трубки или стружку внутри оставляли. Это уже потом Государственная комиссия выясняла, почему несвоевременно стартовал космический корабль. А на космодроме шла кропотливая работа по устранению неисправности.

«Однажды готовили к старту ракету «Зенит». Когда начали её поднимать, сверху на техников упал большой гаечный ключ,– рассказал Владимир Коршиков об одном инциденте. – По инструкции этот инструмент должны были обязательно закрепить на тросиках. Хорошо, что обошлось без травм».

За время своей работы полковник Коршиков участвовал в отправке в космос более 1,5 тысячи ракет. Не все они, как сообщала тогда программа «Время», следили за погодой. В их числе были прототипы будущих «авангардов» и других перспективных «изделий», которые сейчас у всех на слуху. Ведь космодром в советское время на 90% предназначался для военных нужд, два управления отвечали за ракетные войска стратегического назначения.

Фото: Личный архив Владимира Коршикова

Пуск ракет вёлся из шахты. Её защитная крышка весила 100 тонн. На войсковых учениях 2005 года одновременно стартовали баллистические ракеты с Байконура и Плесецка.

С подводной лодки «Дмитрий Донской» тогда впервые запустили баллистическую ракету морского базирования нового поколения «Булава». Ракета с Байконура точно поразила цель на Камчатке – есть там такое местечко, Кура. За ракетными пусками наблюдал Владимир Путин. Все цели были поражены. Президент поблагодарил ракетчиков за отлично выполненное задание.

Начало 90-х, вспоминает Владимир Коршиков, было самым сложным временем. В те годы он служил главным энергетиком комплекса Байконур и отвечал за бесперебойное обеспечение космодрома энергоресурсами. Многие из сослуживцев, не выдержав выпавших трудностей, бросали свою службу, квартиры и уезжали в Россию.

«У меня таких мыслей не было, – сказал Владимир Коршиков. – Ведь я был прежде всего офицером, принимал присягу. Это для меня очень много значило. Космодром, хоть и оказался на территории соседнего государства, оставался российским. Я участвовал во многих межправительственных комиссиях. Старались решать разные проблемные вопросы Байконура. Некоторые из моих сослуживцев присягнули другой стране из-за того, что им повысили воинские звания и оклады. Но большинство из нас своей Родине не изменили».

Система энергоснабжения комплекса Байконур больше, чем Бельгии, Нидерландов и Люксембурга вместе взятых. Надёжная её работа – залог успешного развития города и космодрома. Когда в космос готовили многоразовый космический корабль «Буран», Владимир Коршиков занимался его энергоснабжением. Чтобы запустить ракету с челноком, требовалось 105 мегаватт электроэнергии. 50 мегаватт выдавала местная ТЭЦ, 60 – газотурбинная электростанция.

«Буран» ознаменовал новую эпоху в развитии нашей космической отрасли. Американцы на аналогичном корабле летали, а наши специалисты управляли кораблём в автоматическом режиме. На орбиту корабль без экипажа мог выводить на пять тонн больше полезного груза, чем его заокеанский прототип. К сожалению, судьба «Бурана» оказалась трагической. После своего единственного полёта, 12 мая 2002 года он был полностью разрушен рухнувшей на него крышей корпуса монтажно-испытательного комплекса. Однако ряд технических решений, полученных при его создании, впоследствии был успешно использован в российской и зарубежной ракетно-космической технике.

«В моей работе были всякие моменты, – продолжает Владимир Коршиков, – когда, например, собирали МКС – а она состоит из отдельных частей, – блоки весом более 20 тонн (например, «Заря» и «Звезда»), выводили на орбиту на грузовом корабле «Протон». Чтобы уменьшить вес, ракету даже не красили, ведь, представьте, – на покраску уходило две тонны краски!»
Перед стартом «Протона»
Фото: Личный архив Владимира Коршикова

Есть на Байконуре Центр слежения за дальним космосом «Сатурн». Он концентрирует все системы показателей ракеты во время полёта и передаёт информацию в вычислительный центр. На этом комплексе находится помещение с аппаратурой управления системы аварийного спасения (САС) космонавтов, которую главному инженеру пришлось модернизировать. За всю историю космодрома САС использовалась всего два раза, и оба успешно! Стоит отметить, что система аварийного спасения – отстрел капсулы с космонавтами при возникновении нештатной ситуации – существует только в российской космонавтике.

Однажды, во время заправки ракеты «Протон», возникли сомнения в правильности показаний приборов заправочной колонки. Как всегда, выручила русская смекалка. При помощи обычной канцелярской скрепки изменили электрическую цепь, исключив неисправный элемент, и ракету в итоге заправили до нужного уровня. Дополнительный контроль за уровнем топлива осуществляли с помощью ручного тепловизора.

По приказу командования Владимир Коршиков принимал участие в продлении срока службы межконтинентальных баллистических ракет шахтного базирования типа «Стилет» и «Сатана». Во время одного из запусков ракеты «Стилет», в результате веерного отключения электроэнергии от энергосистемы Казахстана, космодром Байконур был полностью обесточен. По решению главного инженера космодрома стратегические объекты, участвующие в запуске, были обеспечены электроэнергией от дизельных электростанций. Боевая задача была выполнена. Владимир Коршиков был награждён орденом Почёта.

Честь офицера для него была превыше всего. Честь офицера для него была превыше всего. За успешное решение многих сложных задач, доблестную службу ему выделили квартиру в Старом Осколе, в микрорайоне Зелёный Лог.

«Ничего себе, просто взял и слетал в космос! – в голосе Владимира Коршикова прорезаются жёсткие ноты, когда я задаю вопрос о том, почему в последние годы стал снижаться интерес к полётам космонавтов. – Это было и остаётся героическим поступком. И звания Героя космонавтам не зря присваивают».

Со многими покорителями космоса Владимир Петрович знаком лично. В их числе советские и российские – Герман Титов, Евгений Леонов, Юрий Глазков, Игорь Волк, Александр Лавейкин, Владимир Дежуров, Юрий Шаргин, Валентина Терешкова и многие другие. Есть и американцы. Владимир Петрович считает, что героически поступила актриса Юлия Пересильд, которая летала на МКС для съёмок в художественном фильме. В космосе она провела 12 дней.

Он принимал участие во встречах Михаила Горбачёва, Владимира Путина и Нурсултана Назарбаева с сотрудниками космодрома, общался с министрами обороны СССР и РФ, российскими и зарубежными космонавтами. Главному инженеру приходилось участвовать в запуске иностранных спутников. На Байконуре это обходится дешевле, чем на каком-либо другом космодроме.

– А не могли ли они быть шпионскими? – интересуюсь у собеседника.

– Поэтому Дмитрий Рогозин на последнем пуске 32 английских спутников потребовал дать гарантию, что они не двойного назначения. Англичане её не дали, и ракету сняли со старта. Деньги пошли в фонд Роскосмоса, – отмечает собеседник.

Кстати, на одном из спутников ГЛОНАССа, находящемся на геостационарной орбите, на высоте 60 тысяч километров, есть табличка с фамилией «Коршиков». Это подтверждает соответствующий сертификат.

Много интересного рассказал Владимир Коршиков о Байконуре. Там трудилась его жена Светлана Геннадьевна, принимавшая участие в нашей беседе. Кстати, она работала над термозащитным покрытием «Бурана». Судьба её отца Геннадия Михайловича Крохина связана с космодромом ещё с гагаринского старта. Сын Пётр участвовал в запуске первой «Ангары» с космодрома Плесецк. Другой сын, Дмитрий проходил срочную службу на стартовом комплексе ракеты «Протон». Дочь Елена и зять Алексей трудятся в Государственном космическом научно-производственном центре имени М.В. Хруничева. Такая вот династия, отдавшая много сил для того, чтобы наша страна продолжала оставаться ведущей космической державой.

Авторы:Юрий Теплов