Оскольский край

Старооскольская пенсионерка рассказала о жизни в довоенные и послевоенные годы

28 февраля , 10:50ИсторияФото: Личный архив семьи Шатиловых Семья Шатиловых, 1937 год

Она поделилась воспоминаниями о том, как непросто было людям в то время.

Зоя Петровна Шатилова - дитя войны. Она родилась в 1937 году и хотя в оккупации не была, но детство пришлось на очень тяжёлые для страны годы. Однако это закалило её и дало силы для того, чтобы искать во всём положительные моменты. Сегодня, 28 февраля, она отмечает 85-летие и в канун своего юбилея поделилась воспоминаниями о том, какой непростой была жизнь людей даже в довоенные годы.

От голода до жажды

Мама и папа Зои Петровны, Екатерина Федосеевна Савостьева и Пётр Михеевич Шатилов, родились в конце 1890-х годов в Куйбышевской губернии. Семьи у обоих были безлошадные, бедные. Простые крестьяне, вынужденные каждый день зарабатывать на кусок хлеба. Екатерина с восьми лет работала «в няньках», присматривала за детьми. Замуж она вышла в 20 лет, и какое-то время они вместе «ходили в работниках», отдавая все полученные деньги тестю. Работали по сути за еду.

Потом наступил 1917 год, и Петра забрали в армию. Вернулся жив и здоров, хоть и без орденов. В 1918 году родилась у них Клавочка, в 1924 году - Сашенька, а в 1930 году - Валечка. Но 30-е годы оказались тяжёлыми - пришёл массовый голод. И для многих единственным спасением стал переезд, в том числе и для семьи Шатиловых. Они решили искать лучшей жизни в Средней Азии. Для начала отправились вместе с родственниками в Ташкент («город хлебный»), но ожидаемого рая там не обнаружили. Работы нет, еды нет, жилья нет. Пришлось ехать обратно. По пути остановились в Аральске и два-три года жили там. Работали на рыбзаводе - рыбы вдоволь, от голода не умрёшь, зато с водой проблема. Море рядом есть, но оно же солёное, а фильтр-устройств не было. Воду привозили в металлической бочке и давали по норме в определённое время.

Весть о строительстве Среднеазиатской железной дороги пришла как раз вовремя. Нужны были люди рабочих профессий. Пётр, как уже было сказано, инженером не был, поэтому устроился только осмотрщиком вагонов. Впрочем, в те годы даже начальное образование имели немногие.

Беда не приходит одна...

Семье Шатиловых дали «жахтовскую» квартиру с земляным полом, который время от времени смазывали глиной с песком (как мы сейчас моем полы для чистоты и порядка). Квартира находилась на окраине города, близ железной дороги, на улице с «говорящим» названием Пролетарская. Была там всего одна комната - это и кухня, и спальня, и столовая, и кабинет, и всё, что вашей душе угодно. Она едва не стала ещё и роддомом для Зои. 28 февраля 1937 года, когда пришла ей пора появиться на свет, за окном квартиры мела метель. Автобусного сообщения до роддома не было, лошади тоже, телефонная связь отсутствовала, машин скорой помощи не существовало в принципе. Екатерина весь день занималась стиркой и ждала, когда с работы придёт муж, чтобы с ним вместе пойти в больницу. Но до медицинского учреждения не дошли, роды начались по дороге. Ребенка завернули в шаль. А понесли его домой или дальше в больницу - неизвестно.

Это был последний ребёнок Петра и Екатерины Шатиловых. Четвёртый, который мог быть седьмым, но трое деток умерли ещё во младенчестве.

Семья жила дружно. Разводили кур в сенцах, постепенно «богатели». Впоследствии Петра Михеевича «повысили» до сцепщика вагонов, и для его возраста в те годы это было только началом карьеры. Казалось, жизнь стала налаживаться. Но всё обрушилось летом 1941 года... Война.

Старшая сестра Клавдия в тот год как раз окончила Казанский медицинский университет и родила сына Юрочку от любимого человека, с которым познакомилась во время учёбы. Её на фронт не взяли, а мужа (он по специальности был хирургом) забрали. Всю войну он прошёл вместе с действующей армией. А его супруга жила у тестя со свекровью в Марийской АССР (ныне – республика Марий Эл) в селе. Работала врачом, пешком обходила окрестные деревни, когда жителям требовалась медицинская помощь. Телефонов не было, вызывать её приходили родственники заболевших. Иногда подвозили на лошади, но с ними в целом тоже было плохо. Муж Клавдии демобилизовался в 1946 году, а вот брат Зои, Сашенька, погиб в свои 20 лет под Кировоградом в январе 1944-го. Занимался разминированием минного поля, оставленного фашистами, да не уберёгся. Три сестры остались без брата.

Александр Шатилов
Фото: Личный архив семьи Шатиловых

В 1944 году пришла ещё одна беда: Пётр Шатилов потерял ногу. Сцепляя вагоны, он не обратил внимания, что его нога находится на буферах. А поезд внезапно тронулся... Ниже колена нога была раздавлена. Врачи резали её три раза, и в конце концов осталась такая культя, которая ни в один протез не годилась. Тогда он сам смастерил себе деревянную ногу, на которой и ходил. Пенсия по инвалидности была очень маленькой, семье не прожить, надо было работать. И он работал: косил сено и возил его на ишачке. Работала и Екатерина, но только летом - в совхозе, расположенном в восьми километрах от города. Ходила она туда и обратно пешком, выходя из дома ранним утром, затемно (автобусного сообщения не было). Приходила уже за полночь.

«Мечта была у всех детей - вдоволь наесться хлеба»

Примерно в эти же годы Шатиловы купили себе землянку - при ней можно было держать хозяйство. Оно их и выручало: что выращивали на своём огороде, то сами и ели, а порой и на продажу что-то оставалось. Поливали огород вручную - Пётр доставал из колодца ведро с водой, выливал её в стоящую рядом бочку, а Екатерина с Валей и Зоей носили вёдрами на грядку. Зоя уже пошла на тот момент в первый класс, уроки учила при керосиновой лампе.

«Школа была семилеткой, о спортзале мы только мечтали. Так что уроки физкультуры проводились прямо на улице, а зимой в коридоре. Была спортивная эстафета, а напротив в классах шли уроки, и надо было вести себя тихо. После занятий в одном из классов расстилали маты и занимались акробатикой. Пирамиды выстраивали на радость родителям. Работал при школе и драмкружок, который я посещала. Помню, что играла Земфиру в пьесе по поэме А. С. Пушкина «Цыгане». Школа у нас была женской, поэтому даже мужские роли играли девочки. Посещала я и хор, так что о семи годах учёбы в школе вспоминаю тепло», - рассказала Зоя Петровна.
Екатерина Федосеевна и Петр Михеевич Шатиловы, 1957 год
Фото: Личный архив семьи Шатиловых

Послевоенное время оказалось ещё более трудным, чем довоенное. Ночные очереди за черным «глинистым» хлебом по карточкам - самое частое из воспоминаний.

«Из сладкого ели конфеты-подушечки, продающиеся без обёртки. Слипшаяся в ком карамель. Вкуснее были только соевые конфеты. Весной лакомились клубнями подснежника, которые называли «бузликами». А летом - сладкими корнями солодки, выкапывая её из земли. За лакомство считали и жмых из подсолнечных семечек. Был и из хлопковых, только назывался он макухой. А шоколад я попробовала только в 15 лет, когда училась в педагогическом училище. Купили с подружкой на вес 40 граммов дорогой крошистой массы, и тогда она нам не понравилась. Мечта была у всех детей в послевоенные годы - вдоволь наесться хлеба. Его недостаток восполняли мукой, молотой на «мельничке» из двух камней. Для этого собирали в поле колоски, оставшиеся после уборки урожая, а взрослые нас гоняли и грозили тюрьмой. А сейчас люди хлебом разбрасываются, не понимая его цену», - поделилась Шатилова.

Потом был педагогический институт, свадьба, рождение двух дочерей, работа в школе и в гороно. Она получила знак «Отличник народного просвещения» и статус ветерана труда. В Старый Оскол Зоя Петровна переехала в 2007 году вместе со старшей дочерью. А в 2009 году она стала прабабушкой.

Зоя Петровна Шатилова
Фото: Личный архив семьи Шатиловых

Несмотря на свой возраст, Зоя Петровна и сегодня даст сто очков форы некоторым бабушкам. Читает книги, каждый день гуляет, учит стихи, на жизнь и пенсию не жалуется. И даже когда со здоровьем начинаются проблемы - старается смотреть на ситуацию с оптимизмом и не унывать. Чего и вам желает!

Авторы:Алексей Деменко